作曲 : Анатолий Васильев
Из-за острова на стрежень,
На простор речной волны
Выплывают расписные,
Стеньки Разина челны.
На переднем Стенька Разин,
С молодой сидит княжной, —
Свадьбу новую справляет,
Сам веселый и хмельной.
А она, закрывши очи,
Ни жива и ни мертва,
Молча слушает хмельные
Атамановы слова.
Позади их слышен ропот:
«Нас на бабу променял!
Только ночь с ней провозжался,
Сам наутро бабой стал».
Этот ропот и насмешки
Слышит грозный атаман
И могучею рукою
Обнял персиянки стан.
Брови черные сошлися —
Надвигается гроза.
Алой кровью налилися
Атамановы глаза.
«Ничего не пожалею,
Буйну голову отдам», —
Раздается голос властный
По окрестным берегам.
«Волга, Волга, мать родная,
Волга — русская река,
Не видала ты подарка
От донского казака.
Чтобы не было раздора
Между вольными людьми,
Волга, Волга, мать родная,
На, красавицу возьми!»
Мощным взмахом подымает
Он красавицу княжну
И за борт ее бросает
В набежавшую волну…
«Что вы, черти, приуныли?
Эй ты, Филька, чорт, пляши!
Грянем, братцы, удалую
На помин ее души…»
🎵
LRC歌词版本
作曲 : Анатолий Васильев
Из-за острова на стрежень,
На простор речной волны
Выплывают расписные,
Стеньки Разина челны.
На переднем Стенька Разин,
С молодой сидит княжной, —
Свадьбу новую справляет,
Сам веселый и хмельной.
А она, закрывши очи,
Ни жива и ни мертва,
Молча слушает хмельные
Атамановы слова.
Позади их слышен ропот:
«Нас на бабу променял!
Только ночь с ней провозжался,
Сам наутро бабой стал».
Этот ропот и насмешки
Слышит грозный атаман
И могучею рукою
Обнял персиянки стан.
Брови черные сошлися —
Надвигается гроза.
Алой кровью налилися
Атамановы глаза.
«Ничего не пожалею,
Буйну голову отдам», —
Раздается голос властный
По окрестным берегам.
«Волга, Волга, мать родная,
Волга — русская река,
Не видала ты подарка
От донского казака.
Чтобы не было раздора
Между вольными людьми,
Волга, Волга, мать родная,
На, красавицу возьми!»
Мощным взмахом подымает
Он красавицу княжну
И за борт ее бросает
В набежавшую волну…
«Что вы, черти, приуныли?
Эй ты, Филька, чорт, пляши!
Грянем, братцы, удалую
На помин ее души…»
📝
纯歌词版本
作曲 : Анатолий Васильев
Из-за острова на стрежень,
На простор речной волны
Выплывают расписные,
Стеньки Разина челны.
На переднем Стенька Разин,
С молодой сидит княжной, —
Свадьбу новую справляет,
Сам веселый и хмельной.
А она, закрывши очи,
Ни жива и ни мертва,
Молча слушает хмельные
Атамановы слова.
Позади их слышен ропот:
«Нас на бабу променял!
Только ночь с ней провозжался,
Сам наутро бабой стал».
Этот ропот и насмешки
Слышит грозный атаман
И могучею рукою
Обнял персиянки стан.
Брови черные сошлися —
Надвигается гроза.
Алой кровью налилися
Атамановы глаза.
«Ничего не пожалею,
Буйну голову отдам», —
Раздается голос властный
По окрестным берегам.
«Волга, Волга, мать родная,
Волга — русская река,
Не видала ты подарка
От донского казака.
Чтобы не было раздора
Между вольными людьми,
Волга, Волга, мать родная,
На, красавицу возьми!»
Мощным взмахом подымает
Он красавицу княжну
И за борт ее бросает
В набежавшую волну…
«Что вы, черти, приуныли?
Эй ты, Филька, чорт, пляши!
Грянем, братцы, удалую
На помин ее души…»
🎵
LRC歌词版本
作曲 : Анатолий Васильев
Из-за острова на стрежень,
На простор речной волны
Выплывают расписные,
Стеньки Разина челны.
На переднем Стенька Разин,
С молодой сидит княжной, —
Свадьбу новую справляет,
Сам веселый и хмельной.
А она, закрывши очи,
Ни жива и ни мертва,
Молча слушает хмельные
Атамановы слова.
Позади их слышен ропот:
«Нас на бабу променял!
Только ночь с ней провозжался,
Сам наутро бабой стал».
Этот ропот и насмешки
Слышит грозный атаман
И могучею рукою
Обнял персиянки стан.
Брови черные сошлися —
Надвигается гроза.
Алой кровью налилися
Атамановы глаза.
«Ничего не пожалею,
Буйну голову отдам», —
Раздается голос властный
По окрестным берегам.
«Волга, Волга, мать родная,
Волга — русская река,
Не видала ты подарка
От донского казака.
Чтобы не было раздора
Между вольными людьми,
Волга, Волга, мать родная,
На, красавицу возьми!»
Мощным взмахом подымает
Он красавицу княжну
И за борт ее бросает
В набежавшую волну…
«Что вы, черти, приуныли?
Эй ты, Филька, чорт, пляши!
Грянем, братцы, удалую
На помин ее души…»